Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня

Искушение злом в современной детской притче: традиции и новшество

(по книжке Л. Горалик «Агата ворачивается домой»)


Жанровая специфичность сказки Линор Горалик «Агата ворачивается домой» (2008)1 была соотнесена критичными очерками с «детским триллером»2, «натуральнейшим Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня детским страшком»3 и даже со «светской сказкой»4. Но в большинстве случаев в отзывах на книжку звучит последующее определение – сказка-притча5. Вправду, эта притча о противоборстве искушениям несет на для себя колер притчевости, если Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня рассматривать этот текст во взрослом прочтении. Девченка Агата в силу собственной неусидчивости и любознательности сталкивается не с обычным воплощением зла в осознании детской сказки (злая волшебница / волшебник, наизловещее существо либо зверек и т. п Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня.), а с «отцом лжи», прибывшим в сказку со страничек взрослых книжек.

Сюжетный зачин сказки полностью традиционен: ребенок один отчаливает в лес. Правда, это современный ребенок. Время деяния сказки полностью маркировано – 2-ая половина Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня первого десятилетия ХХI века6. Только место деяния, возможно, не совершенно русское: на это указывают имена подруг Агаты (Лора, Мелисса, Карина). Легкая экзотичность именника, как и направленная на скандинавскую сказочность атмосфера, соответствует Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня стилизации под иностранную сказку, действие которой происходит «в неком государстве», не совершенно у нас.

Восьмилетняя Агата остается дома одна, так как она «ответственная девочка». Агата «умирает от скуки», ей «страшно охото пойти Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня погулять». Нарушая родительский запрет, она решает выйти всего на две минутки и зайти в лес всего на 100 шагов, после этого немедля возвратиться назад.

Тут принципиально направить внимание на одну существенную Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня деталь: «Сейчас зима, снег, все палисадники уже украшены рождественскими гирляндами, электронными оленями, медлительно поворачивающими голову, когда ты проходишь мимо, и ненастоящими Санта-Клаусами». Домики города «уже украшены» к Рождеству. Эта деталь и дает свое Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня­образный ключ к жанровой особенности сказки. «Агата ворачивается домой» – это святочная история. Создатель развивает повествование, полагаясь на традицию умопомрачительного святочного рассказа.

Корешки «литературного суеверного рассказа» связаны с былич­ками, основой сюжета Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня которых является столкновение человека с инфернальными сущностями. Сказку Л. Горалик можно считать современной быличкой, в какой детская душа проходит бесовские искушения и, согласно специфике рождественской сказки, чудом ускользает из мягеньких ладоней (а не Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня когтистых лап) беса.

Святочная история Агаты пересекается с магическими ситуа­циями традиционных рождественских историй для малышей. Намедни Рождества происходит столкновение Мари Штальбаум с «запечным» царством Мышильды (Э. Т. А. Гофман Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня «Щелкунчик и мышиный король»); во время зимних вакаций7 мальчишка Алеша вступает в контакт с Чернушкой и государством подземных обитателей (А. Погорельский «Черная курица, либо подземные жители»).

В этих традиционных случаях ребенок ведет Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня взаимодействие с демоническим миром, полагаясь на чувство соболезнования и любви. Агатой же движет «странная, приятная тоска и скука», что, возможно, и завлекает к ней беса.

В этом случае начинает работать сказочная модель одиноч­ного Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня приключения девченки в инобытие: у нее нет помощников либо друзей-попутчиков. Прогулка в лес совершается наспех, всекрете и в нарушение родительского табу («Зимой Агате запрещено даже входить в лес без папы»).

В предпраздничное Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня время, согласно традиции святочного фан­тастического рассказа, наблюдается доминирование сил зла, это «время предельного сгущения хаоса, вследствие чего в реальности появляются кавардак, бесформенность, размытость грани меж предметами и явлениями»8. Л Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня. Горалик повсевременно подчеркивает тревожное приближение сумерек, тем поддерживая святочную традицию, в какой «темнота – 1-ый признак и 1-ая наружняя причина начавшегося хаоса»9. В лесу «оказывается еще темнее, чем казалось Агате», а небо равномерно Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня становится «синим до черноты, тревожным».

Точкой отсчета сказочных событий является падение Агаты в расселину и ее реакция на падение: очищаясь от снега, девченка «чер­тыхается». Конкретно тут, при словесном упоминании черта, и Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня возникает бесенок. Он совершенно не ужасный, пугливый, ничтожный, поэтому-то Агата относится к нему совсем по-детски как к находке, добыче, видя в нем не комочек зла, а неслыханную зверушку.

Тут нельзя Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня согласиться с позицией, изложенной в рецензии Дины Суворовой «Сэр, возьмите Алису с собой»10, где утверждается, что Агата – это «обычный русский ребенок» атеистических позиций, не веривший ни в бога, ни в черта. Напротив, девченка Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня интуитивно по­нимает магическую природу «находки» и полагается на правила «договора», согласно которому бес должен служить человеку, поймавшему его, «пока человек сам его не отпустит».

В данном повествовании увлекателен синтез Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня традиционных ска­зочных мотивов грубого воззвания героя с нечистой силой. Подобно пушкинскому Балде, Агата свирепо обходится с бесенком: хватает за зашеек, зажимает под мышкой, привязывает к стулу, «тыча ему в спину пальцем, гонит Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня в ванную». В конце концов, как гоголевский кузнец Вакула, Агата совершает на бесенке перелет.

Вначале Агата не осознает цели собственной игры. Но равномерно эта игра в «дочки-матери» (волочет как малеханького Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня малыша, купает его, чистит ему зубы) перерастает в интригу: «Она знала о людях, которым удалось узреть в лесу беса, – из сказок и из кино, – но изловить беса, пусть и совершенно маленького, заживо Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня? У Агаты дух захватывает от происходящего».

Финишная точка «игры» с бесенком для Агаты – обещанный ей клад. Конкретно тут и начинает работать потаенный механизм искушения, создателем которого является не бесенок, а его отец. Агата Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня соблазняется возможностью обретения легкого богатства, оправдывая это матери­альной заботой о собственной семье, в какой должен показаться малыш.

В разговоре с бесенком Агата полагается на опыт, взятый ей из книжек, иллюстраций, кинофильмов. Но как Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня девченка оказывается в стеклянном лесу, куда вносит ее бесенок, игра в сказочные «книж­ные» правила завершается. На чужой местности «ей почему-либо делается очень страшно».

Природа сказочного леса не один раз Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня изменяется в протяжении всей истории: в первом случае Агата попадает в древесный лес, во втором – в стеклянный, в третьем – в оловянный. Создатель апеллирует тут к опыту читателя-школьника, мистифицируя со Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня всем известными словами-исключениями. Обыденное правило обретает волшебный подтекст не на уровне игры, а на уровне ужасной сказки, в стршную реальность которой начинаешь веровать.

Попадая в леса-исключения, Агата выпадает из правил Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня повсе­дневной жизни. Тут ей и предлагается стать человеком-исключе­нием, которого не будут касаться некомфортные правила людской жизни (мучения физические и духовные), если она воспримет подарок от отца бесенка – самого сатаны Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня.

Л. Горалик корректно избегает упоминания этого наизловещего имени в тексте, адресованном детям. Для ребенка-читателя это «чело­век в большой сероватой шубе». Но сходу с его возникновения становится ясно, кто пред нами: «Агата Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня тоже глядит на этого человека, отлично понимая, кто это такой».

Бесспорным достоинством сказки про Агату является пред­ставление об архитектонике зла. Перед читателем появляется не обычно эффективное зло, чьи помыслы и Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня устремления ясно ориентированы против человека, а раскрывается сам умысел зла, его природа, внутренняя суть, не выявленное коварство.

Тепло от ладоней человека в шубе греет Агату. Ей стано­вится отлично и забавно от игры Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня в ладоши, которую предлагает этот человек. Игра в ладоши с сатаной списывает с Агаты все ее детские грехи (мелкие хитрости, лживые и беспощадные поступки). Эта игра, не просто отменяющая, да и оправдывающая мелкие Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня агатины грехи, позволяет запамятовать об ответственности за свои поступки и атрофирует чувство совести.

Игра с сатаной и вызванные ей экзальтированные образы напря­мую соотносится с представлением о том, что «видения, инспириро­ванные бесами Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, вызывают тяжелое чувство смущения и тоски либо, на­против, конвульсивной веселости, которыми они сопровождаются»11.

Последствия таковой игры небезопасны. Во-1-х, у Агаты появляется желание вновь почувствовать эйфорию от этой игры: «Агата Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня так нравится для себя, ей так просто и так отлично, что она до конца собственных дней игралась бы и игралась с человеком в шубе, никогда бы не останавливалась». Во-­вторых, Агата равномерно Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня утрачивает актуальные силы (у нее болят ладошки, становится тяжело дышать, тело пронзает острая боль).

Возвратившись из стеклянного леса, девченка тяжело захворала. При всем этом она специально стремилась провалиться в горячечный Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня сон, по­скольку там всякий раз повторяется игра в ладоши с человеком в шубе: «Агата знает, что она хворает от тоски, и что она всегда дремлет, чтоб во сне играть в ладоши с нежным Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня человеком в большой, лохматой сероватой шубе, и ощущать себя счастливой, умной, ловкой, хитрецкой Агатой, совсем прелестной Агатой, которая вот-вот выяснит, что нужно сделать, чтоб остаться таковой навсегда». Рвение человека к совершенству становится Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня тут успешной предпосылкой охоты сатаны за людской душой. Игра в ладоши равномерно и неприметно приучивает Агату к уже не детскому греху – гордыне.

Но перед тем, как покинуть стеклянный лес, Агата три раза Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня про­ходит через искушения, предлагаемые человеком в шубе. Это отдало повод в одном из отзывов именовать историю об Агате «детской вариацией искушения Христа в пустыне»12. Сатана три раза предлагает девченке Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня «небольшой подарок» – колечко (поначалу оловянное, позже древесное, позже стеклянное). Оловянное колечко освободит от хоть какой физической боли, древесное даст «любовь кого угодно» и освободит от духовных страданий.

От первых 2-ух колец Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня Агата отрешается. При всем этом она заранее соображает, что от человека в шубе принимать ничего нельзя: «Агата стремительно зажимает рот рукою. Она знает, что с этим человеком нельзя вступать ни в какие сделки». В Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня этом случае проявляется очередное свойство дьявола – умение просачиваться в людские мысли: «Это не сделка, Агата, – терпеливо гласит человек в шубе. – Это реальный подарок, я ничего не желаю от тебя взамен. Совсем ничего».

Принципиальным Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня элементом искушения становится апелляция сатаны к свободному выбору человека. Человек в шубе ни к чему не принужда­ет Агату, он повсевременно ставит акцент на хорошей воле, на свободном выборе Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, который должен сделать сам человек. В этом и таится сущ­ность лукавства и смысл искушения Агаты. Это свойство искушения соответствует природе самого беса, так как живущее в сатане зло является следствием изготовленного им когда Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня-то неверного выбора его свободной воли, следствием свободного отрешения от Бога.

К такому неверному выбору – свободному отрешению от Бога – и подталкивает Агату человек в шубе. Он три раза соблазняет ее Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня воз­можностью продолжения сладкой игры в ладоши, после каждого собственного предложения повторяя: «И, как знать, может, пока другие люди будут болеть и мучиться, у тебя будет время придти поиграть со мной в ладоши Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня».

От третьего кольца (стеклянного) Агата не смогла отрешиться. Это кольцо дает возможность абсолютной независимости и безнака­занности. При этом диапазон способностей представляет решение заморочек не только лишь детской, да и взрослой жизни: «Любая помощь Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, Агата, – гласит человек в сероватой шубе. – Только возжелай, – и я приду и сделаю все, что ты попросишь. Решу задачку13, уберу в комнате, спрячу труп, – что угодно, Агата».

Сущность этого искушения Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня связана не просто с предложением обрес­ти полную свободу. По сути зло лишает человека права на свободный выбор: делая что угодно, Агата может не думать, отлично это либо плохо, ей все сойдет Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня с рук. Как следует, все, что она ни сделает (не приготовит уроки, уничтожит человека) будет правильным, ей не придется выбирать, так как право выбора в ней просто отомрет.

Ужасная суть третьего кольца закамуфлирована: «колеч Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня­ко переливается незапятнанным, мягеньким светом, в нем нет совершенно ничего страшного». Но сходу по прибытии домой Агата «запускает вослед несущемуся прочь бесенку дурным стеклянным кольцом». Девченка решается биться с Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня человеком в шубе его же методом – обманом: «Никогда она не пожелает помощи этого человека, никогда не позовет его, никогда-никогда, – это так понятно, что Агата начинает смеяться. Она возьмет это кольцо, только бы оказаться Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня дома, конечно».

В традиции святочной сказочной истории ошибка героя допустима. Но проступок Агаты создатель связывает не со слабостью ее духа, а с вялостью, истощенностью общением с дьяволом. Алеша из «Черной Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня курицы» А. Погорельского хочет пользоваться мистикой конопля­ного зернышка, Агата же вначале отрекается от практического внедрения инфернального подарка.

И все таки средством такового подарка девченка проходит своеоб­разный ритуал обручения с человеком в шубе. Связь Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня меж ними уже не может прерваться. Этот подарок нельзя просто выкинуть. Неслучайно Агата находит это прозрачное кольцо в сугробе, невзирая на то, что два раза за неделю ее заболевания выпадал снег.

Приближая Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня историю к развязке, создателю удается сохранить ин­тригу. «Агата не выдерживает», она отыскивает встречи с бесом, который прикосновением снимает с нее больной жар и опять дает удовлетворенность игры в Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня ладоши. Создается воспоминание, что девченка совсем увязла в трясине дьявольских наваждений: «Агата начинает дышать свободно, ей вдруг становится расслабленно и забавно, сейчас она уже не осознает, почему некоторое количество дней вспять повела Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня себя так тупо, почему выкинула кольцо, почему вообщем ушла из стеклянного леса, почему не возвратилась к этому человеку раньше».

Она вроде бы не замечает, что интерьер игры становится более наизловещим: деревья в Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня оловянном лесу «все в темных пятнах», а из рука­вов уже очевидно бесовской шубы, вывернутой сейчас навыворот, «торчит жесткий сероватый мех». Тут очень проявляется ложность дьявольской опеки: с одной стороны, бес предупреждает о том Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, что последующий сеанс игры станет для Агаты последним («Третий раз порвет для тебя сердце»); с другой – он сам намекает на продолжение и ожидает этого третьего раза: «И если ты попросишь Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня меня сыграть с тобой в 3-ий раз, я не смогу для тебя отказать».

Кульминационной точкой тут является жест Агаты, которая протягивает сатане руки вроде бы для последней игры. На самом же деле таким Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня макаром она возвращает ему кольцо. Девченка одолевает сатану, полагаясь на правила дьявольского контракта: бес обязан выполнить желание Агаты – взять у нее кольцо. При всем этом поражение беса ла­конично и ярко Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня визуализируется рассказчиком: «Человек в вывернутой шубе стремительно закусывает губу, как если б Агата сделала ему очень больно».

Но рассевшееся наваждение не является еще концом искуше­ния. Оказавшись вновь в обыкновенном (древесном) лесу Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, Агата проходит испытание, направленное на закрепление данного ей урока. Перед девченкой вновь возникает ничтожный небольшой бесенок, вроде бы предлагая изловить себя. Это уже другой «подкидыш»: шерсть на нем не сероватая, а коричневая, он Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня «толстоват и неуклюж». В этом случае деяния Агаты прогнозируемы: предлагаемая человеком в шубе сюжетная кумуляция отрицается. Ребенок-читатель, прошедший с героиней все тесты, готов поддержать девченку и, пока бесенок открывает пасть для жалобного крика Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, вкупе с Агатой кликнуть на опережение: «Пошел вон! Пошел вон! Пошел вон!»

В протяжении всей истории появляется подозрение: а не сон ли все это? Вправду, в традиции святочных историй Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня мотив сна по­зволял использовать «фантастический сюжет, не нарушив реальную базу рассказа, при этом граница меж сном и явью или затушевывалась, или сознательно делалась создателем расплывчатой»15. Но у Л. Горалик полностью не представлен момент Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня хотя бы надуманного пробуждения героини. В последнем абзаце сказки Агата медлительно бредет из леса в сторону дома. Все, что случается с героиней, происходит по сути. В этом случае создатель близок Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня к современному осмыслению сказочного двоемирия, где инобытие являет собой параллельную плоскость существования, граница которого находится совершенно рядом (как, к примеру, в притче Н. Геймана «Коралайн» (2002)).

Л. Горалик осваивает и очередной обычный мотив Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня святоч­ных детских историй – мотив заболевания, развивающейся у героя после соприкосновения с другим миром16. Сильный жар возникает у Агаты после посещения стеклянного леса. Но болезнь малыша в этом случае не является просто знаком выхода Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня персонажа из сказочного места. Конкретно болезнь дает возможность человеку в шубе просачиваться в горячечные сны девченки, чтоб припоминать ей о прелестной игре в ладоши. Для создателя болезнь героини становится не просто Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня итогом посещения другого мира. Болезнь является частью подарка человека в шубе. Это дает осознать нам ординарную правду: безвозмездных подарков от зала не бывает. За их нужно рассчитываться очень величавой ценой.

Больной жар Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня героини предвосхищен в самом начале сказки, когда Агата играет в контрастные чувства: прижимается лбом к жаркой батарее, а позже к прохладному стеклу («Батарея жгучая, Агата терпит, сколько может, но не очень длительно Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, а то по другому выходит не игра, а испытание»). Контраст меж холодом и теплом равномерно разовьется в мотив игры, переходящей в суровое испытание. На самом деле, фабула всей сказки устроена на контрасте Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня игры, переходящей в искушение, с ответственным испытанием.

В одном из недобрых отзывов на сказку говорится: «Добра в книжке нет, как нет ни любви, ни бога, ни ангелов, а зло безымянно и повсеместно Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня»17. Вправду, силы добра как бы не участвуют в конфликте. Но стоит держать в голове о том, что пред нами святочная история, представляющая предрождественское время, когда активизирующееся зло в самом преддверии светлого Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня праздничка усиленно пробует «выучивать грехам хороших людей»18.

Агата остается один на один со злом. Но все таки можно предпо­ложить, что ребенок незримо охранен высшей силой. Принципиальные, главные решения и поступки вроде бы Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня снисходят на Агату. Отец бесенка является перед девченкой в людском обличии, но «внезапно она соображает, что все это происшествие – совсем ужасное, что вот она стоит в мертвом стеклянном лесу, совсем одна, и Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня только-только она игралась в ладоши с очень ужасным человеком, а может, и не с человеком совсем…»

В стеклянном лесу Агата под очаровательным воздействием сатаны была готова отпустить бесенка, но почему-либо в последний Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня момент спохватилась и востребовала отвезти ее домой. Это беспокоит человека в шубе, его глаза «становятся очень внимательными». Его, проникаю­щего в агатины мысли, настораживают такие внезапно правильные поступки девченки Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня.

Рождественская притча Л. Горалик, делая упор на традиции свя­точных историй для детского чтения, наделена признаками нравоучительного повествования о нравственном выборе, о трудности этого выбора. Но элементы нравоучительности лишены тут дидактического проговаривания.

Для Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня молодых читателей становятся ясными последующие выводы:

- не тащите домой всякую мерзость;

- никогда не говорите с незнакомыми и не принимайте от их странноватых подарков;

- будьте личностью, способной делать самостоятельный выбор.

Главный особенностью сказки Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня «Агата ворачивается домой» становится сама форма конфликта, согласно которой столкновение со злом происходит не просто на действующем уровне. Зло не воспринимает страшный вид, оно жутко изнутри постепенным и непринужден­ным засасыванием Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня в себя. Основным тут является внутренне, духовное противоборство, основанное на свободном выборе человека.

На примере этой сказки детки на интуитивном уровне понимают природу зла. Взрослые же полагаются к тому же на контекстуальный опыт Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня чтения. Этим и разъясняется двухадресная направленность текста (на детского и взрослого читателя), отмеченная в почти всех рецензиях на книжку. Таким макаром, делая упор на традицию святочного рассказа, Л. Горалик предлагает читателю новейшую версию Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня искушения человека злом, преодолеть которое позволяет верность для себя и собственному дому, куда непременно необходимо возвратиться.



^ К. А. Маслинский (г. Санкт-Петербург)

Задачники Григория Остера:

школьная норма и литературное отклонение


Такие разные Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня области словесности, как детская литература и учебные тексты, владеют, все же, целым рядом сближающих их многофункциональных параметров: направленность от взрослого (создателя текста) к ребенку (адресату), существование в печатной (книжной) форме, функционирование Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня в ситуациях, организуемых взрослыми (чтение вслух, урок и т. п.). Как представляется, это функциональное сходство закладывает базу для скрещения, взаимодействия и взаи­мопроникновения учебных текстов и детской литературы. Оставляя в стороне вопрос о Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня том, как преподаватели и методисты употребляют либо могли бы использовать детскую литературу в рамках учебных текстов, мне бы хотелось проанализировать оборотную ситуацию, когда создатель детской литературы пробует сделать фактически учебный текст Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня.

1-ое произведение в жанре учебного текста – «Противные за­дачи» – Григорий Остер опубликовал в 1992 году1. Данное издание представляет собой маленький сборник текстов-пародий в жанре школьной математической задачки. Пародии эти «взрослого» содержания, и книжка не Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня адресована детям, что обозначено как в выходных данных («Книга для родителей»), так и в авторском вступлении. В вступлении Остер мотивирует публикацию позицией родителя, которому случилось заглянуть в школьный учебник собственных деток по Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня арифметике сначала 1991/1992 учебного года, где он обнаруживает не изменившиеся с русских времен реалии в текстах математических задач: коммунистический субботник, пионеров, перевыполнение плана и т. п. Возмущение идейной нагрузкой учебных текстов, ставшей в особенности Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня приметной с падением русского строя, создатель и заявляет как основной повод к изданию собственных пародийных задач.

В вступлении к «Противным задачам» Остер озвучивает также свою программку по созданию идеологически не Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня ангажированного за­дачника для малышей: «Но если и в дальнейшем году учебники не поменяются и выйдут в том же виде, придется и мне предложить собственный неприятный задачник школьникам». В том же Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня 1992 году выходят и 1-ые издания задачника по арифметике, адресованного детям2. Вначале книжка печатается с грифом «Рекомендовано Министерством образования Русской Федерации в качестве пособия для учащихся», который уже к 1993 году исчезает с переизданий Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня. Потом книжка перебегает в регистр полностью классической детской литературы, и в новейшей, расширенной, редакции и с новыми иллюстрациями Дениса Бурусова3 неоднократно переиздается до настоящего времени под различными наименованиями и достаточно значительными тиражами Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня (дальше – «Ненаглядное пособие»). Остер продолжает работать в жанре школьной задачки, а именно, делает аналогичный задачник по физике и огромное количество маленьких направленных на определенную тематику задачников, которые в данной работе рассматриваться не будут.

В том Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня же вступлении Остер приводит кусок текста задачки о коммунистическом субботнике, обнаруженной на одной из первых страничек учебника для 4 класса. Это позволило вернуть прямые текстовые и жанровые источники первых задачников Остера Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, т. е. те учебники, с которыми он работал, создавая свои пародии. В предисло­вии к «Ненаглядному пособию» обозначено, что в задачках содержится материал для 2, 3 и 4 класса, соответственно, для текстологических сопоставлений употреблялся учебник Моро и Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня др. создателей для 4 класса за 1991 год4, также учебники тех же создателей для 2-3 классов 2-ух прошлых лет издания5, в предположении, что эти книжки были учебниками деток создателя, и потому оказались Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня более комфортным для него материалом.

Догадка о том, что Остер использовал тексты нареченных учебников при работе над своими задачниками, подтверждается как прямыми соответствиями, когда текст Остера является пародией на определенный текст из школьного учебника (3 варианта Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня в «Противных задачах» и 12 в «Ненаглядном пособии»), так и поболее бессчетными косвенными соответствиями, когда в прототекстах и пародиях выслеживается общность фонда словесных клише, сюжетных ситуаций и предметных реалий. Разглядим несколько примеров Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня переработки текстов задач, чтоб показать, что сохраняется и что сдвигается при пародировании на содержательном и на словесном уровне.


За 3 ч работы бульдозер разровнял 234 м2 дороги. Сколько квадратных метров дороги разровняет Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня бульдозер за 10 ч, если будет работать с прежней производительностью?6

За два часа работы бульдозер разогнал 256 участников не­санкционированного митинга. Сколько участников митинга разгонит бульдозер за 5 часов, если будет работать с прежней производительностью Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня?7


В данном примере пародийный текст очень детально по­вторяет синтаксическую и семантическую структуру изначальной задачки. Единственная подмена оказывается очень точечной: центральный предикат разровнял с прямым объектом заменяется предикатом разогнал соответственно с прямым объектом. Оба предиката Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня семантически и даже синтаксически изоморфны: обрисовывают ситуацию, позволяющую измерить ход некого процесса. Получившаяся задачка для создателя является пародией на совсем определенный текст, но и для читателя, незнакомого с претекстом Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, просто распознаваемы структура и стиль школьной задачки. Схожий пример серьезного следования претексту не единичен, но преобладают более сложные трансформации содержательного плана задач.


^ В игре «Конструктор» 130 деталей. Мальчишка использовал 28 деталей для сборки машины Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня и 12 деталей для сборки прицепа. Сколько деталей он не использовал?8

^ В папиных часах – 16 колесиков и 28 различных других маленьких деталек. После того, как Вовочка разобрал, а позже собрал папины часы, половина колесиков и Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня четверть других маленьких деталек в их не поместились. Сколько сейчас колесиков и сколько других маленьких деталек в папиных часах?9

Этот пример из задачника, адресованного детям, отличается сначала направлением семантического сдвига. Если в Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня предыду­щем примере происходил сдвиг из сферы детского, официального, допустимого в сферу недетского, неофициального, диссидентского, то тут сдвиг происходит в сфере оценки. В первом примере (задачке из учебника) мы лицезреем официально одобренное в Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня стандартизованной педагогической системе ценностей конструктивное действие: ребенок играет. У Остера же сюжетообразующим действием становится детская шалость, которая исходя из убеждений той же стандартизованной системы ценностей имеет отрицательную оценку. Схожий «педагогический натурализм», когда в Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня тексте демонстрируются такие эталоны поведения деток, которые обычно подавляются взрослыми, характерен для произведений Остера – вспомним «Вредные советы», в первый раз вышедшие в 1991 году.

Также поводом к созданию пародии возможно окажется Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня не столько сюжетная ситуация, сколько определенная формулировка, допускающая двойное чтение:


^ Ученики одной школы смотрят за тем, чтоб вода не лилась из крана напрасно. За 2 месяца они сберегли 1200 л воды. Сколько лит­ров Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня воды они могут сберечь за 9 месяцев, если каждомесячная экономия воды остается таковой же?10

Ученики одной школы наблюдали за тем, чтоб вода не ли­лась из кранов напрасно, потому половина учеников этой школы приходит на Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня занятия с немытыми руками. Другая половина приходит не только лишь с немытыми руками, да и с неумытыми лицами. Сколько всего учеников в зтой школе, если каждый денек с неумытыми лицами на Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня занятия приходят 290 мальчишек и 46 девченок?11


В этом случае даже без воззвания к корпусу текстов поздне­советских задач видно, что начальная задачка отклоняется от жанрового канона – создатели очень откровенно, очень многоречиво и прямо Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня начинают с воспитательной функции, непременно декларируемой для русских задачников 1980-х, традиции которых наследует учебник Моро и др. Нарочитая назидательность провоцирует пародию: Остер дает этой фразе другое чтение и разворачивает собственный свой Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня сюжет. В других схожих случаях пародируемая фраза также находится сначала начального текста, что подчеркивает структурообразующую роль исходной позиции для жанра задачки, отраженную в структуре пародии.

Также от пародирования определенных текстов и определенных сю­жетов Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня Остер перебегает и к продуцированию собственных собственных текстов по мотивам имеющихся в его распоряжении школьных задач.


^ На фабрике в месяц сделали 40000 пар обуви. Мужской обуви 8900 пар, женской в 2 раза больше Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, чем мужской. Сколько пар детской обуви сделали?12

Ученый с мировым именованием Иннокентий изобрел башмаки без подошв, чтоб от всех тайком ходить с босыми ногами. Сколько подошв сбережет в месяц обувная фабрика, если, выпуская в Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня год по 40000 пар башмак, 3/4 этих башмак выпустит без подошв?13


На примере этой пары задач отлично видно, как определенные реалии, встречающиеся в школьном учебнике, провоцируют создателя на обработку собственного сюжета: стимулом к появлению сюжета Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня пародии начальная задачка в этом случае не является, но использо­ванная в ней настоящая ситуация – выпуск обуви – служит материалом для пародии. Основное пародическое ядро в данном примере основано на сюжетах экономии Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня и рационализации, которые достаточно обширно представлены в учебнике Моро и др.

Итак, главным приемом пародирования является травестия, когда при сохранении официального стиля математических задач ис­пользуются сниженные сюжеты. В случае «Противных задач» темой Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня задач становятся дебоширство, воровство, проституция, уровень жизни партийной элиты и рядовых русских людей, недостаток, тоталитаризм и идеология, что мотивировано не русским математическим задачником, а кругом острых соц и политических тем позднесоветского периода Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня. В целом «Противные задачи» являются пародией на обращенный к детям в форме задачника официальный русский дискурс.

Более сложной интерпретации просит содержание задач «Ненаглядного пособия», для которого пародическая функция никак Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня не является основной. При разработке этого текста перед Остером стояла задачка, сохранив образовательные функции учебного текста, поменять воспитательный и идейный план русского дискурса содержательным планом, уместным для детской литературы. Как уже было показано, текст «Ненаглядного Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня пособия» очень очень опирается на материал учебника Моро, в том числе, практически все предметные реалии, которые встречаются в учебнике Моро, так либо по другому появляются и в задачнике Остера. Это позволяет Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня детально проследить трансформации учебных текстов на пути их преобразования в тексты детской литературы.

^ СИСТЕМА ПЕРСОНАЖЕЙ

Персонаж в текстовой математической задачке часто высту­пает как многофункциональная роль, задавая вероятную сюжетную ситуа­цию (велосипедист, рабочий, пионер Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня). Потому анализ системы всех персонажей задачника сразу дает значительную информацию и о теме задач. Круг персонажей, общих для школьного учебника и «Ненаглядного пособия» невелик. Это сначала малыши (школьники), т Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня. к. принцип говорить детям о детях характерен как для учебных текстов, так и детской литературы. Также это члены семьи (предки, бабушки) как наиблежайшее животрепещущее окружение малыша и некие домашние питомцы. При всем этом в «Ненаглядном Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня пособии» даже общие со школьным учебником персонажи вовлечены в совсем другие сюжетные ситуации (пример с детской шалостью уже подвергся рассмотрению выше). Стопроцентно исключены Остером персонажи-трудящие­ся, также формальные детские коллективы (пионерские Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня отряды и даже школьные классы), что конкретно соотносится с перечисленными в вступлении к «Противным задачам» идеологизированными сюжетами.

Перечень персонажей, привнесенных в «Ненаглядном пособии» по сопоставлению с учебниками Моро, достаточно широкий:

Необходимо Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня отметить, что для позднесоветского школьного учебника свойственны значительные ограничения на круг допустимых персонажей задач, при этом более частотными оказываются рядовые русские трудящиеся и рядовые русские учащиеся14. Малышей в позднесоветском учебнике нет вообщем Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, старики единичны, равно как для сюжетов задач недопустимы такие неформальные социальные связи в детском и взрослом обществе как друзья и соседи, также невозможны персонажи с личным именами и личной историей. В Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня школьном учебнике частотны сюжеты, построенные на ситуациях проф деятельности персонажей (в главном рабочих). Единственные персонажи, занятые конкретной проф деятельностью в задачках Остера – милиционеры и правонарушители. Все задачки об учителях изображают непрототипические ситуации Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня деятельности преподавателей (педсовет, педагогический съезд, подсчет поставленных двоек за трудовую карьеру).

Роль персонажа в нескольких сюжетах задач позволяют Ос­теру строить нрав, возникающий будто бы «между» эпизодами. На сходство этого приема Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня с нелинейным принципом построения «Сказки с подробностями» уже указывалось15. Интересно, что очень многих персонажей Остер заимствует из собственных собственных более ранешних произведений: «Сказка с подробностями»16, «Легенды и легенды Лаврового переулка»17, «Петька-микроб»18 и Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня др. Таким макаром, все добавленные в «Ненаглядном пособии» персонажи пришли из текстов детской литературы. В целом, системы персонажей текстов Остера и учебных текстов фактически не пересекаются и по многим характеристикам находятся в отношениях Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня дополнительной дистрибуции.

^ НАРРАТИВНЫЙ УРОВЕНЬ

Более увлекательны модификации, происходящие на уровне нарративной структуры текстов задач. Все нареченные дальше принципы (выделены курсивом) отражают те жанровые нормы, в согласовании с которыми строится нарратив в школьных задачках Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня и которые нарушаются в текстах «Ненаглядного пособия».

^ Принцип бесконфликтности. Сюжетный мир школьных задач лишен конфликтов, все происходящее там конструктивно, позитивно и действенно. Сюжетный мир Остера прямо противоположен тут: он заполнен погонями, побоями Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня, поеданиями и иными событиями, влекущими телесные и имущественные повреждения. Часто основной предикат, организующий сюжетную ситуацию, оказывается инверсией 1-го из предикатов, соответствующих для школьных задач: дать заменяется на отнять, повстречаться на столкнуться Искушение злом в современной детской сказке: традиции и новаторство - Детская литература сегодня и т. п.


Дедушка купил 5 схожих пакетов с картофелем, общая масса которых была 15 кг. Витя

iskazhayushie-faktori-mediavospriyatiya.html
iskazhenie-napravlenij-pod-vliyaniem-naklona-snimka.html
iskazheniya-svyazannie-s-povedeniem-i-prinyatiem-reshenij.html